МедиаTrack - Лена Упорова

"Хочется публицистики. Хочется реальной жизни!" – в очередной серии проекта МедиаTrack – Лена Упорова, главный редактор веб-ресурса для радиожурналистов PODстанция.

Проект не имеет отношения к скорой помощи, подводной лодке, электростанции, противопожарной службе. Но не исключает своей причастности ко всему вышеперечисленному и к тому, что осталось за его рамками и границами…

Из информации на сайте Podcтанции

Лена Упорова

Я главный редактор Podстанции, раньше была обыкновенным радиожурналистом, вела эфиры, готовила программы. Сейчас работаю на веб-ресурсе: некоторые называют то, что мы делаем, подкастами, но я против такой формулировки.

Подстанция точка ру

Когда мы всё только затевали, мы думали, что это будет подкастинговый терминал или сайт, где будут выкладываться хорошие интересные звуковые программы. И много-много людей по всей стране вдруг захотят делать собственные материалы, потому что нет хорошего радио, какой-то альтернативы.

Но оказалось, что это не так. Оказалось, что мало людей готовы что-то придумывать со звуком. В основном, подкастеры по полчаса трындят о софтах или новостях с какими-то идиотскими интонациями диджея. Такие вещатели довольно быстро ушли с нашего портала.

Сейчас Podстанция - это довольно странная смесь бульдога с носорогом.

Это площадка, где четверо журналистов собственно Роdстанции делают свои программы, играют с ними, ковыряются, информируют, не дают людям поскучать. И еще человек пятьдесят по всей стране – кстати, не только нашей, есть и иностранцы - тоже выкладывают на нашем сайте необычные вещи. А остальные люди их слушают.

В общем-то, их не так и много. Уникальных пользователей в день - 1100, не больше. 1500, может быть. Из них человек пятьдесят что-то делают время от времени.

Аномалия

Обычно считается, что на ресурсах, построенных по принципу Podстанции, – где люди выкладывают, например, видео или тексты – 3% что-то делает, 10% комментирует, а все остальные просто зрители. На Podстанции в другую сторону: у нас пишут комментарии – 1%, а делают – 10%.

Цех

Те, кто делает, - это, в основном, региональные журналисты.

Увы, московские радийщики потеряли навыки деланья живого звука, живых историй. Здесь всё очень заформатировано, запрограммировано: либо цензура, либо коммерческие сети. А там – больше свободы.

Дальше от Москвы – свободы больше. И там сохранены жанры репортажа, документальных программ, фичеров, и даже есть какие-нибудь смешные, вообще нереальные истории.

Регионалы чрезвычайно подвижны. Они молоды. Широкополосный Интернет наступает, знаний можно доставать все больше и больше, техника дешевеет, навыки повышаются.

А в Москве - наоборот, я бы сказала, всё немножко хуже. В Москве все инертнее, неинтереснее.

Титрование воды и масла

На Podстанции четко заявлено: ресурс нужен для того, чтобы найти что-то новое, удивительное, странное, пусть даже скучное, но то, что не звучит на радио.

И это не должна быть пропаганда. Пропаганда религии, каббалистики, политики или какой-нибудь зубной пасты, да?

Слово «пропаганда» у всех нас вызывает желание схватиться – нет, не за пистолет, мы же люди мирные – а за рогатку.

И все равно материалы с пропагандой попадают к нам на портал. Мы не блокируем такие вещи сразу. Потому что очень важно сначала показать и всему комьюнити, и, как говорит один наш американский коллега, самим «выкладастерам», что это – пропаганда. И наши пользователи легко ее распознают.

Вот сейчас у нас одна радиостанция выкладывает интервью про курение с комиссаром «Наших». Радиостанция эфэмовская! Для чего они нам все это дают – непонятно. У них есть эфир!

Интервью сделано формально. Девушке нечего сказать. Она еще говорит, что нам не нужны нездоровые люди. Почти фашистский призыв! Зачем они это выкладывают?

Конечно, такое нужно блокировать. Но с другой стороны – нужно показать, обсудить это в комментах, что это – пропаганда.

Где признаки пропаганды? Говорится об акции, но акцию мы не слышим. Ничего нового не звучит. Ведущий микширует все неудобные вопросы слушателей. Сам свою собеседницу не слушает, не прикапывается, нет ни провокации, ни фокуса, ни резкости. Ну, как вот кто-то написал, что это – освоение бюджетных денег. Да? Вот и все.

Все равно сначала мы это обсуждаем. Не блокируем сразу.

Но все-таки от подобных материалов мы избавляемся. Пропаганды очень много и вне Podcтанции. Искусства мало, публицистики мало.

Хочется публицистики, хочется реальной жизни. Глубже и дальше в суровую жизнь!

Хочется чего-то, может быть, грязного, но светлого. Конфликтов! Хочется, чтобы радиожурналистика и документалистика не умерли из-за пропаганды.

Электроснабжение

На Podстанции мы коллекционируем технологии, суммируем их и предлагаем, проверяя на собственном опыте. Как лучше держать микрофон или как, например, записывая скина, не получить в морду. И потом предлагаем попробовать регионалам.

Мы проводим семинары-лаборатории по документальным программам, детским программам. Мы ведем эту линию на своем сайте. Показываем примеры, стараемся находить лучшие образцы того, чем занимаются в мире фанаты звука. И сами очень сильно учимся, когда собираем ребят здесь.

В последний раз мне кто-то написал с Урала, что он только что вернулся и «мне уже два дня снится семинар». Это наша новая технология. Мы продолжаем передавать информацию на расстоянии.

Культмассовый сектор

Для московских людей мы устраиваем «Вечера чистого звука», и в регионах тоже уже начали эту практику. Независимые продюсеры, мы собираемся в кафе. В Москве это еще много пишущих журналистов из других стран - небольшое комьюнити, которое живет в Москве. Опять же - наши коллеги с зарубежного радио. Слушаем новые программы, рассказываем, что нас удивило, выпиваем, напиваемся, танцуем – это для того, чтобы не чувствовать себя одинокими в пространстве сегодняшнего заформатированного сетевого радиовещания.

Кружки по интересам

Мы довольно часто задаем нашему комьюнити какие-то темы.

Как выяснилось, комьюнити нужно постоянно развлекать, чтобы оно что-то делало. Например, Час в темноте: на день Земли, когда должен быть погашен свет - мы предлагали людям подумать, как можно провести час без электричества, кроме той тупой шутки, что в Нью-Йорке повысилась рождаемость, когда там впервые проводили «Час Земли». Хотя такие фантазии тоже забавны.

Главное, потом это обсудить.

Лампочка Ильича Уши Ленина

«Уши Ленина» - это такой странный проект, который мы совершенно неправильно спродюсировали. Потому что среди нас нет менеджера, в смысле – есть продюсеры, которые могут организовать сбор материала и его монтаж, но нет менеджеров, или промоутеров, которые могли бы правильно его потом дистрибьютировать, донести до публики.

Тем не менее, это был такой проект, который исходил из следующей легенды.

По всей стране стоит огромное количество памятников и бюстов товарищу Ленину. Они одинаковые. Их слишком много. Пожалуй, даже больше, чем неразумно много.

Мы предположили, что это не просто памятники, а порталы-передатчики, которые подслушивают все, что происходит в стране. И еще улиц Ленина очень много, это тоже передатчики. А в мавзолее у Ленина - на самом деле он находится в таком анабиозе - есть приемник. И Ленин слушает. Больше 70-ти лет с тех пор, как он умер, он нас слушал! И поэтому держал всех нас под контролем. Поэтому мы до сих пор не свободны.

Но! Наша мечта, или просто такое предположение, что батарейки в приемнике в мавзолее садятся. Вопрос: что услышит в последние дни или секунды эфира Владимир Ильич?

Соответственно, было две части проекта, а то и три.

1. Первая часть – это предложить нашим друзьям по всей России и не только России сделать маленькие пятиминутные программы на эту тему. Обязательно нужно было ее начинать или заканчивать около «передатчика» - у памятника Ленину или на улице Ленина. Ну, чтоб он, бедняжка, услышал. В программах должны были быть реальные герои, истории, какие-то конфликты. По всем правилам документалистики.

Люди сделали – по-моему, 23 человека – эти пяти- семиминутные программы.

2. Еще был отдельный проект – «Последние 40 секунд». Мы предлагали людям пофантазировать, что попадет в уши ленина перед тем, как батарейки окончательно сядут.

Это, скорее, был саунд-арт. Тоже, наверное, человек 20 это сделали.

3. Потом еще была часть, когда довольно известные люди прощались с Лениным – «Гудбай, Ленин». Около памятника Ленину они выпивали, говорили последние тосты. Это были Олег Кулик, в Ясной Поляне – правнук Толстого Владимир, писатели Захар Прилепин и Сергей Шаргунов, Илья Яшин, Анатолий Ермолин (либеральное и правое движение), «Наши» отказались. Эта часть была снята на видео.

4. И мы озвучили легенду на двух языках: русском и английском.

Получилось довольно забавно.

Люди все сделали бесплатно. Получили за это маечки, наклеечки. В блогах кто-то что-то разместил. На самом деле это было весело. Это теперь мы понимаем, что неправильно его визуально представили. Мы сделали его очень академичным, что касается представления проекта в Интернете.

В свете сегодняшних представлений о мультимедиа, нелинейных гипертекстах мы понимаем, как это нужно было правильно программировать.

Но это была веселая акция, и на самом деле всем понравилось в ней участвовать. Она дала какой-то смешной и одновременно провокативный результат.

На космическую орбиту

У нас только что на платформе Podстанции прошел семинар-лаборатория по мультимедийной журналистике. Приезжал смешной парень Бьярке Мирту, датчанин, сейчас живет в Нью-Йорке. Он основатель Magnum motion и организатор Story Planet.

Бьярке считает, что радиожурналисту проще быть мультимедийным и нелинейным, чем фотографу. Потому что фотограф не привык рассказывать истории. А у радиожурналиста такие навыки есть, и он знает, как провести человека по лабиринту.

Бьярке говорит, что мультимедиа-продюсером проще быть журналисту. Потому что он применяет к работе исследовательский метод. Журналист может понимать, как работает фотограф, как работает звукарь, как работает программист. Это такая же история, как исследование любой журналистской темы.

Но это отнюдь не значит, что журналист непременно должен быть мультимедийным. Хочешь – будь. Не хочешь – не будь.

Я уверена, что хороший сильный журналист, не важно, какой он будет – мультимедиа или не мультимедиа – обязательно достигнет своей аудитории.

Другое дело, что нужно попробовать всё.

Лично я не могу сказать, что получаю громадное удовольствие от того, что на месте, кроме того, что качественно писать звук и следить за логикой события, мне нужно еще и фотографировать или следить за адекватностью картинки в видеокамере, а потом это все самостоятельно монтировать и сводить.

Все зависит, конечно, от самого человека, но попробовать нужно - особенно в период обучения, когда ты молод, когда у тебя еще гибкие мозги.

Кандидаты в отряд

Очень интересный момент – журналист и блоги. Мы знаем, что практически все редакции крупных СМИ обязывают журналистов писать заметки в сетевые дневники. Например, человек делает материал о нанотехнологиях, он едет в Японию исследовать тему – и он должен еще, по заданию редакции, вести блог из Японии. Менее формальный. Чтобы привлекать ту часть читателей, которая ценит юмор, путешествия, а не только нанотехнологии. И, возможно, кто-то перейдет из дневника журналиста на страницу с нанотехнологиями.

Я только за. Но я видела очень яркий пример, как эта схема провалилась. Один из известных американских экономических журналов – не буду говорить название – прислал в Россию журналиста и тоже обязал его вести блог. В статье он все написал правильно. Он всё проверил, каждый свой источник. А в блоге он расслабился до такой степени, что он Лугового с Литвиненко чуть ли космонавтами не сделал. У себя в дневнике он стал вести себя как человек. И появилось две личности журналиста.

Боюсь, что блоги могут сослужить журналисту нехорошую службу, когда он в неофициальном пространстве перестает быть точным и становится очень милым.

Тех людей, в которых он «влюбляется», он не может критиковать у себя в дневнике. Ну, полюбил этого человека! Или наоборот.

В журналистском материале нужно «убить любимых», как говорят в редакции Magnum. Влюбился в героя – подумай, это может быть просто твое чувство. А где еще разум, реальность? Проанализируй свое чувство! В блогах у человека подобных обязательств нет.

В конце концов, все зависит от личности.

Мне интереснее читать блоги не журналистов, а писателей, художников, артистов.

Я часто думаю, что журналист служит для того, чтобы выражать других, а не себя. В этом его талант прежде всего.

А блоги журналиста про смешные путешествия я читать готова. Но, честно говоря, подозреваю, что все они будут однообразны. Приключения в аэропорту, приключения в сортирах, на вокзалах и так далее.

Если журналист будет описывать, например, что произошло после его встречи, например, с Саакашвили, и это не включат в материал, - я думаю, что это будет проявлением трусости.

Либо он берет на себя ответственность и договаривается с героем, чтобы рассказать в публикации всё – документальные и важные вещи. Либо договаривается о чем-то умолчать, но проговаривается о них в блоге, тогда журналист – трус. И просто не выполнил свою журналистскую работу.

Космические туристы

Что касается бизнеса, который начинает использовать онлайн в социальных задачах, показывает свое доброе лицо – это его дело. Я думаю, что это и хорошо, и плохо.

Участие в социальных сетях навредит имиджу компании, если это будет сделано тупо, отвратительно, ужасным пиаровским языком.

Люди – совсем не дураки, они умеют отличить пиар от социальной заботы. Люди разберутся. Разберутся рабочие, которые там работают. И если у них чувство справедливости сильнее трусости перед начальством и если компания врет, они напишут об этом в блогах.

Использование социальных сетей для формирования имиджа компании – это как топор. Топором можно дрова рубить, а можно – голову на Манежной площади.

Мне даже нравится, когда я могу почитать блоги корпораций, которые производят звукозаписывающую и музыкальную технику. Мне интересно узнавать об их социальных программах, политике в области поддержки альтернативной, андеграундной музыки, о том, какие гранты они дают, как поддерживают молодых людей у себя на предприятии. Я могу увидеть, как это коррелирует с действительным развитием независимой музыки.

Человек должен включать мозги, когда он читает или – если он по другую сторону баррикады – делает подобные вещи. Нет мозгов – ничего не будет. Есть мозги и немножко интуиции – будет все нормально.

Медкомиссия

Сейчас в Сети очень много шлака.

Мне не нравится история, когда люди просто так снимают, делают фотографии птичек, воробьев, друзей. И хранят это в альбомах – Вконтакте, во Фликре – и это не работает. Они еще силы и время тратят на обработку снимков, да? А это просто лежит и живет секунду. Тем более, что когда это не связано в какую-то единую историю, не сопровождается текстами, это даже не работает в поисковых машинах. Это никого не волнует. Это какая-то фигня на постном масле.

Мне интересно, когда люди делают это для чего-то, для какого-то процесса, который способен открыть другим что-то новое, какое-то явление.

Двадцать восьмая фотография кошки – ну, вот уже поперек горла, честное слово. Это – мусор.

От центрифуги – до полета

Пусть ты даже фотографируешь где-то в отпуске, если ты журналист, то почему бы тебе эти кадры не связать и не превратить в игру, в произведения искусства? Вот это было бы здорово! Это было бы какое-то творчество, мелкие идеи, которых не хватает этой стране… капитально!

Звездолёт

Мы очень маленький сайт. Мы мелкая идея. Мелкая и, может быть, неправильная. Мы постоянно меняемся. Постоянно у нас что-то происходит не так. Но мне нравится, что мы такие.

Мы – маленькое событие, но мы происходим!

Межгалактическая гуманитарная миссия

Если думать о социальной миссии «Podстанции», то нужно пойти и застрелиться.

Однажды мы проводили мозговой штурм в стиле «Доктора Хауса», выдвигали возможные предположения – кому нужна Podстанция. Самый главный ответ был – никому. Cамый оптимистичный вариант: она нужна тем людям, которые работают на ней непосредственно.

В этом смысле у нас нет социальной миссии.

Социальная миссия у нас – как у журналистов: сохранить жанры. Развить жанры, двигаться, рассказывать о реальном мире.

Даже если в этой стране есть всего четыре независимых радиожурналиста, которые хотят работать в этом направлении, наш долг - давать им вдохновение, опыт, историю.

Эпикриз

В принципе – все умрут. У нас, в основном, пессимистическое настроение. Мы никому не нужны, но что же теперь – бросать, что ли?

Проще было бы, конечно, сидеть и самим делать радиопрограммы и посылать их на международные фестивали, тусоваться там с нашими коллегами из Германии, Норвегии, Финляндии, где всё это развито и зашибись. Но обидно. Уж начали – так… продолжаем.